Сергей Андросов. «Покаянью даны небеса»

Бунтарь и лирик

В богатой на полифоническое звучание югорской поэзии уверенным ростком пробивается новый голос. Имя Сергея Андросова, похоже, уже неплохо знакомо жителям Нягани, для остальных же югорчан оно пока – территория неизведанная. Но, думаю, что уже в ближайшем времени найдётся немало ценителей поэтического слова, которые с интересом не только познакомятся с уже опубликованными произведениями этого автора, но и будут пристально следить за дальнейшим его творческим ростом.

Честно скажу, я не большой сторонник объёмных стихов, и после первого беглого знакомства с книгой Сергея «Не шуметь мне золотистым клёном», готова была отложить её в сторону, как пой-мала себя на том, что хочу понять природу этого творчества.

Что может двигать поэтом, а Сергей безусловный поэт, написавшим, например, такие строки:

 

Однажды вдруг подумалось мне, Паша,

Антоним кораблю, наверно – мель.

Синоним же всей странной жизни нашей,

Как ни постыдно, видимо, бордель.

И бывшим завсегдатаем рискну я

Сказать, нисколько слова не стыдясь,

Что было всё похоже на пивную,

Где женщины в небрежных поцелуях,

В коварстве блага часто шли на вязь.

И может потому, на жизнь чихая,

Где были хамы, и ворьё друзья,

Бросал всех тех, в ком не нашёл греха я,

И тех любил, кого любить нельзя...

                                      (П. Р. Черкашину)

Дальнейшее погружение в рукопись нарисовало образ бунтаря, который только через внутреннее противостояние способен прочувствовать всю красоту и глубину жизни, при этом хранит трепетнейшее отношение к первоосновам жизни – природе, крестьянскому укладу, любви.

Можно сказать, что всё это было уже у Есенина, и даже мелодикой стихи Сергея созвучны стихам Есенина. Но нет, это не подражательство, довольно стереотипов! Это похоже на вызов времени, которое тоньше человеческого сознания чувствует потребность в таком слове, потому как сформировалась общность людей, способных именно через такой напор и ранимость, близких искренней и безыскусной крестьянской простоте понять главное – ценность и смысл жизни.

...Холщёвый сбросив капюшон,

С худым лицом, тяжёлой бровью,

– Мир дому, – скажет, – я пришёл

Из ветхих рун средневековья.

Я знаю, есть твоя звезда,

Но оттого она бесславна,

Что ты добро добром не звал,

А зло грехом уж и подавно.

 

Теперь же, слышишь, пробил час,

И облачая дух свой в веру,

Ты знай, нет силы большей в нас,

Чем мерзкое в себе повергнуть.

 

И кротко жди тот самый миг,

Что чрез века и ты, Серёжа,

Как чудный брезг, как херувим,

Поэтом ль, что землёй любим,

Обронишь свет явленный, может...

Удивительная бескомпромиссность в отношении самого себя, с признанием своих собственных ошибок и грехов, позволяющая быть максималистом в отношениях с другими – искренность за искренность, покаяние за способность прощения – отличительная черта настоящего поэта, пронизанного народным русским духом и его духовностью. К счастью, в такое отношение к жизни играть практически невозможно, и дело даже не в том, что опасно, а просто быстро наскучит и тогда наружу вырвется фальшь. А уж чего-чего, но фальши в стихах югорского поэта нет ни на йоту.

Чувство искренности поддерживает и частое обращение поэта к конкретным людям в виде посвящений, либо представляемого диалога. В этой же форме (диалога) написана и поэма «Рудники времени», в которой автор и лирический герой поэмы прямо тождественны. Чтобы так писать, несомненно, нужны безрассудство и смелость.

 

...Я помню, саркастично и брезгливо

Подумал, свой пакуя гардероб,

Что душу бесу продаёт трусливый,

А сильный, подлатав её, живёт.

 

А то, что, Стас, по разным я причинам

Кого-то мнимой лаской приручил,

То оттого, что многие с личиной

Во мне искали слабость или чин.

 

Но провалиться здесь мне в преисподнюю,

Влюбившийся в поэзию взагрыз,

Я дорожу тем, что, живя сегодня,

Пройдя к поэту путь от подворотни,

Мне сокровенна и прекрасна жизнь...

                     (Поэма «Рудники времени»)

Особым местом в восприятии поэзии С. Андросова является её лирическая составляющая. Нежная, хрупкая, обращённая к природе, малой Родине и бескрайней России, к женщине, (например, цикл ярких и трогательных стихотворений «Цветы зацелованные», посвящённый Наталье Александровне Тимковой – первой юношеской любви поэта), вызывает в читателе не только сопереживание, но и бесконечно-щемящее чувство любви. И это свойство относится не к отдельным произведениям, а в целом ко всему творчеству автора.

Конечно, хватает ещё в стихах Сергея промашек, вызванных скорее желанием объять необъятное и началом поэтического роста. Но, уверена, всё это исчезнет с накоплением творческого опыта. Главное, чтобы не исчезли обнажённость и искренность чувств. А это зависит от наличия крепкого внутреннего стержня. Эта книга – «Покаянью даны небеса» обнажила его явственно. Так пожелаем «золотистому клёну» современной поэзии терпения, духовной силы и поэтического счастья!

Книги Сергея Андросова можно взять в отделе обслуживания – 1 этаж, и в отделе краеведческой литературы и библиографии – 3 этаж

Читайте и будьте счастливы!

Всегда ваша — Государственная библиотека Югры