Война в истории семьи. Валерий Михайловский
Валерий Михайловский. Тяжёлый анамнез
Когда с виду здоровый мужчина умирает в возрасте 59 лет, то мне, как врачу, хочется знать анамнез, то есть историю жизни, историю болезни, - то, что предшествовало, что могло стать причиной столь ранней смерти. Анамнез отца я знал достаточно досконально.
«Я, Михайловский Леонид Сергеевич, родился 2 апреля 1922 года в городе Осипенко Запорожской области в семье рабочего. Отец до революции и после революции работал в типографии наборщиком, мать – домохозяйка. В 1933 году, после смерти родителей, был взят в детский дом, где и получил среднее образование, но, в связи с тяжёлыми материальными условиями, вынужден был пойти временно на завод. С 1939 по 1943 год работал на заводе токарем-расточником в городе Осипенко Запорожской области. С заводом во время войны был эвакуирован в Сибирь. В 1943 году 9 мая добровольно пошёл на фронт».
В автобиографии он указал свое пролетарское происхождение. Не мог же он открыть страшную тайну своей семьи, заключающуюся в том, что его дед, Михайловский Емельян Анатольевич, отец наборщика Сергея Емельяновича, был священником, впрочем, как и дед по матери. О своём беспризорном детстве тоже в автобиографии ни слова. А мог ли он рассказать о том страшном детстве, когда его, как поповского внука, травили дети вновь нарожденных сельских люмпенов, вдруг ощутивших свою значимость и безнаказанность? Крепких хозяев уже к тридцатым годам поубавилось. И затравили поповскую семью люмпены не без помощи так называемого репрессивного аппарата. Деды - Михайловский Емельян Анатольевич, отец пролетария-наборщика Сергея и Доброшинский Емельян Дмитриевич – отец мамы Леонида Михайловского Татьяны, были посажены и замучены в застенках НКВД за веру. А отец и мать умерли от голода в 1933 году.
В декабре 1933 года 11-летний мальчик Лёня вез свою умершую мать на кладбище. Его младший пятилетний брат Ваня остался дома, в холодной нетопленной глиняной хате, ещё не в полной мере осознавая случившееся горе. Уже выпал снег. Тело своей мамы, завёрнутое в какие-то лохмотья, он тащил на самодельных деревянных санках. Уже сгущались сумерки. Он, изнемогавший от усталости (а ему пришлось рыть могилу в мёрзлой земле, на что ушёл весь день), тянул тяжёлые санки и ревел навзрыд. Также навзрыд ревел уже на могиле. Окоченевшее тело он опустил в могилу на верёвках. Очень боялся бросить, чтобы маме не сделать больно. А вот засыпать не смог. Он так голосил, что его кто-то услышал. Подошёл заросший с клочкастой бородой мужчина. Мальчик его не знал, он был не из его села. Как он потом понял – это был странник, которых в то время немало бродило по городам и сёлам.
- Зачем так плачешь? Зачем так убиваешься? Маме уже не поможешь – она умерла, - произнёс странник.
Мальчик всё понимал, он уже видел смерть.
- Я не могу засыпать могилу, - простонал Лёня.
- Почему? Выкопать смог, а засыпать не можешь…
- Ей больно, - ответил мальчик.
И тут странник понял, что этот худенький паренёк не может бросить комки мёрзлой земли на тело матери, боясь причинить ей боль. Он отстранил мальчика и руками начал засыпать могилу.
Больше ничего мальчик не помнил. И могилу мамы потом найти не смог: выпал снег, потом начался бродячий, беспризорный период, потом – детдом, завод, война…
«Принимал участие в Великой Отечественной Войне в действующей армии 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов. За проявленную отвагу награждён Орденом Славы III степени и медалью «За отвагу». Демобилизован по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 22.10.46 г.».
В эти четыре строчки из автобиографии можно многое уместить. Хоть и не любил отец, как и большинство фронтовиков, распространяться о той войне, говоря: «Нечего о войне рассказывать. Война – дело грязное», но однако кое-что мы всё же выудили. Обычно информация появлялась таким образом: или мы подслушивали, когда фронтовики между собой вели беседы за бутылочкой, или нам рассказывали мамы. Начинал войну отец артиллеристом. Пушку сорокапятку таскал на своих плечах.
Потом – штрафбат. Не по уставу растолковал вновь прибывшему лейтенантику необстрелянному, куда пушку ставить нельзя, ибо её разнесёт первым же вражеским залпом. Установил пушку так, как подсказывал уже появившийся опыт, а на траншейном русском лейтенантику пояснил своё решение. Подбили несколько вражеских танков. Сохранил расчёт. Но неповиновение, невыполнение приказа в циничной форме – вот причина штрафбата. Потом тяжёлая контузия, приравнивавшаяся к тяжёлому ранению, смывшая «штрафное» пятно, затем – перевод на другой фронт, служба в конной разведке, взятие Кёнисберга. Кстати, в автобиографии медаль «За взятие Кёнисберга» почему-то не указана. Есть одно объяснение: выдали позже, после написания автобиографии.
Победу младший сержант Михайловский Леонид Сергеевич встречал в Кёнисберге. Есть фотография в День Победы, где бойцы – боевые друзья запечатлены с букетами белой сирени. Я эту фотографию люблю и помню с детства. Для меня День Победы имеет свой запах – запах сирени и свой цвет - белый.
| 9 мая в Кёнигсберге. Леонид Сергеевич - в первом ряду, первый слева.
| Наградной лист Леонида Сергеевича
После войны многие годы отец работал учителем.
| Леонид Сергеевич после войны, 1953 год
Тяжёлая контузия, непомерно тяжёлое детство, тяжёлая жизнь после войны… Эта тяжесть раздавила его – воина, учителя, замечательного отца, достойного человека.
Инсульт случился 7 ноября 1981 года, когда Михайловский Леонид Сергеевич, парторг коллектива учителей, поднимался на крыльцо школы, в которой проработал много лет. Заключение патологоанатомическое: «Обширный геморрагический инсульт…»
Моё сыновнее заключение: человек с таким отягощённым анамнезом не мог прожить долго.
***
Не могу не упомянуть о своей тёте - Черняховской Надежде Денисовне, прочувствовавшей на себе все тяготы Ленинградской блокады. Она четырнадцатилетней девчонкой работала в Морозовке под Ленинградом на заводе, где изготавливались мины для фронта, для обороны Ленинграда. Рабочие получали увеличенную порцию хлеба, и она делилась хлебом, сама не доедая, с соседской семьёй, в которой были дети, и им питания не хватало.
Я помню, как она рассказывала о непомерно тяжёлом труде, как приходилось вытаскивать здоровенные ящики с уже упакованными снарядами, как невыносимо было дышать воздухом, пропитанным тротилом. От этого токсичного воздуха у неё приключилась тяжёлая пневмония, но она выжила, вылечилась и снова пошла работать.
Всю жизнь она работала воспитателем, а потом и директором детского сада. Своих детей у неё не было. Такова расплата за непомерно бедовую и горькую юность. Она воспитала племянницу, лишившуюся родителей, как свою дочь. Ей сейчас 92 года. Она живёт в Санкт-Петербурге.
***
Моей маме Елене Ильиничне Михайловской (в девичестве Тимошенко) исполнилось 13 лет, когда началась война. Винницкая область и город Хмельник, где жила её семья, были оккупированы. Она вспоминала, как носила еду нашим военнопленным, содержавшимся в школе. Их охраняли полицаи с собаками. Местным разрешали приносить еду, но только без мяса. Люди шли на хитрость: варили кашу, предварительно положив мясо на дно горшочка. Таким образом, сверху каша казалась нетронутой. Однажды немец из охраны проверил принесённую гречневую кашу, и, обнаружив на дне мясо, отвёл тринадцатилетнюю Лену в комендатуру. Там её поставили у стенки, навели автоматы, инсценируя расстрел. Прогремели выстрелы, на голову посыпалась каменная крошка. А она думала, что это пули попадают в голову… Так иногда потешались фашисты над мирными людьми.
***
Вспоминается рассказ бабушки, Евдокии Николаевне Тимошенко, о том, как фашисты вели колонну евреев на расстрел, и каким-то образом мама-еврейка сумела вытолкать свою пятилетнюю доченьку за пределы оцепления. Девочку заметила бабушка и спрятала её под подолом. Привела домой, постригли девчушку на лысо, потому что у неё были подозрительно курчавые роскошные волосы, что могло привлечь внимание немцев. Разрисовали, измарали лысую голову и лицо, чтобы замазать черты глазастой красивой девчушки. После войны девочку отдали чудом нашедшимся родственникам.
***
Мама моя после безвременной смерти отца посвятила себя Богу. Она ушла в монастырь, где более 30 лет молилась о здравии живущих, о душах убиенных в той жестокой войне, и завещала нам, её сыновьям и внукам, беречь память о своих предках. Она, будучи сама больной, принимала многочисленных паломников, желавших получить её благословение. И никому никогда не отказывала в этом. Умерла схимонахиня Евфимия, в миру Михайловская Елена Ильинична, в 2012 году в Браиловском монастыре, что находится в Винницкой области на Украине. Там она и похоронена.
Пусть эти отрывочные, и, конечно же, неполные сведения, станут строчками памяти о наших родных, переживших самую страшную и кровавую войну в истории человечества.
Валерий Михайловский родился в 1953 году. Отец – фронтовик, участник Великой Отечественной Войны, работал учителем, директором дома пионеров. Будучи человеком творческим, много времени уделял развитию театрального кружка, сам писал небольшие пьесы, басни. Мама Елена Ильинична была домохозяйкой, так как по болезни работать не могла. Валерий Леонидович окончил Винницкий медицинский институт им. Н.И.Пирогова, всю жизнь работает по специальности. Награждён медалью им. В.М. Бехтерева «За многолетний труд в системе здравоохранения».
Успешно совмещает работу в медицине с исследованиями в области этнологии, истории, демографии, культурологии, социологии, экологии, традиционного природопользования коренных народов Сибири. Ездит в крупные многопрофильные исследовательские научные экспедиции в качестве идеолога и руководителя. Состоит в Русском Географическом Обществе.
Писательская деятельность Валерия Леонидовича сопровождается редакторской работой над литературно-художественным альманахом писателей Югры «Эринтур». Книги писателя часто отмечают жюри премий и конкурсов. Лауреат всероссийской литературной премии им. Д.Н.Мамина-Сибиряка за книгу «Вах таинственный» и серию научных статей; премии Губернатора ХМАО-Югры в области литературы (трижды): за двухтомник повестей и рассказов «Души неприкаянные» и «Северные ветры», за книгу «Великий северный путь», за сборник для детей «Наш маленький секрет»; литературной премии УРФО в номинации «Публицистика и краеведение»; международной литературной премии «Югра». Победитель конкурса «Югорская книга – 2018» с книгой «Наш маленький секрет».
