Книга "Бесконечность в особенном"
"Они любовались друг другом, и в этот момент родилась на Земле прекрасная человеческая Любовь. Мера – это вечный принцип Создателя. Любовь и Бессмертие – это было бы слишком много для Человека. Может быть, люди это поучаствовали и сделали вид, что не слышали вопрос Создателя, чтобы своим ответом не спугнуть рождение Любви…»
Олег (Игорь) Яненагорский (Ширманов)
Диалог «Этот совершенный мир (о тебе и обо мне)»
«Я мечтаю, чтобы мы – люди научились говорить о Родине, не произнося этого слова… Я мечтаю, чтобы мы – люди научились говорить о Любви, не клянясь в любви…».
Юрий Айваседа (Вэлла)
Из книги «Рябиновый пир»
«Белая симфония моя — Это голос снега и ручья. Это звоны-громы Иртыша В день, когда поет его душа. Льдины ввысь взлетают, грохоча От ударов синего меча. А Иртыш смеется, будто гром, Весело работая веслом».
Андрей Тарханов
Из книги «Высота небесного свода» их стихотворения «Ветер подул - и дожди полились».
«Ветер подул - и дожди полились: сыро и зябко».
Ирина Рябий
Диалог «Этот совершенный мир (о тебе и обо мне)»
«И день, что душу тяготил сомненьем, и радость, сердце напоившая отрадой, – все благодатный дар Отеческой Любви».
Юрий Айваседа (Вэлла)
Рассказ "Ночная беседа"
«Время от времени на светлый лик Луны набегали легкие облака, создавая игру света и тени».
Олег (Игорь) Яненагорский (Ширманов)
Из книги «Зимник» из произведения «Осень».
«На севере конец сентября — поздняя осень. Неделя-другая, и зима робко первым снегом начнет пробовать свои силы».
Валерий Михайловский
Рассказ «Мы есть…»
Сердце переполнялось радостью и гордостью за свой край, хотелось кричать во весь голос: «Это моя родина!»
Светлана Динисламова
Из книги «Самая чистая радость» из произведения «Лесной санитар или убийца?».
«Для нас каждый из этих людей особенно дорог потому, что самое трудное в жизни выпало на их долю, долю зачинателей»
Юван (Иван) Шесталов
Из книги «Большая рыба»
«О чем моя песня? Есть такой распространенный взгляд, будто северный человек, охотник или рыбак, ноет бездумно, ноет о том, что видят его глаза, что слышат его уши. Стоит ему только сесть в свою легкую лодочку, стоит только оттолкнуться от берега, как заплещется песнь его в лад игре струй, вырывая из уст детский восторг. Он поет о том, как скользит его лодка по гладкой воде, как меняются картины на поворотах реки, как дремлет лес, склонившись над плесом, как спит плес, кутаясь в тишину белой ночи. Он поет про все, воспевая себя, своих близких, знакомых, восхваляя в песне весло, лодку, собаку... Так ли это? Конечно же, нет! Песня человека северного сияния, складывающаяся в три слова — иду, вижу, ною,— не так уж поверхностна и неглубока. В ней струятся и свои глубинные чувства, плещутся мысли, рожденные не мгновением, играет слово, взлелеянное думой».
Юван (Иван) Шесталов