И холод этой майской ночи, Насквозь прозрачной и хрустальной, Не мог сковать ни речь, ни реку И отступил за дым костра.

«Большая вода. Маленькая лодка. Утки. Большая вода уплывает в синь неба. Синь неба тонет в лазури воды. Лазурь лежит на крыльях уток. Утки манят меня вдаль. И калданка моя, легкая лодочка, плывет, разрезая гладь большой воды. На берегу — красавицы пихты, великаны кедры, напоминающие старцев, темные ели, нацеленные в синь неба острыми стрелами... Мелькает в хвое белый ствол березки. Ее нежная зелень — как орнамент на строгом платье тайги. Тайга тоже тонет в небе. Тайга тоже смотрит в реку. Река бежит куда-то вдаль. Ей нет концакраю. Необозримая водная равнина... Что это? Море, океан? Большая, великая вода. Я слышу плеск ее. И во мне снова просыпается сказка детства»

«И белки качаются на ветвях. Их много, как и кедровых шишек. А в таежной речке плавают бобры. Они строят хатки. И плотины даже строят».

«Золотое лицо безмятежная тронет улыбка, И согреется Север, как ранний рыбак у костра. Вышло солнце на Обь, Чей, скажите, там, верткий, как рыбка, Обласок выплывает из синих и розовых трав?»

«Россия, верю, не сгоришь, горя за всех на этом свете, и души, верно, сохранишь тех, кто горит с тобой и светит».

«Огнедышащ и могуч ты, Север, Наш прекрасный, белый-белый Север. Видно, кто-то, нашим песням внемля, Опустил сияние на землю, Если в ней Россия отыскала Пламя, что священно запылало».

«Поклон Тебе, поэт любимый, Из далей снежных я пришел. Я тоже бурею гонимый, Я тоже счастья не обрел».

«Когда в немыслимую стужу Погибла мать моя, когда Мою мальчишескую душу Заледенили холода, Мне на плечо рука России, Как материнская, легла. Россия мне и ум, и силу, И кровь, и сытный хлеб дала. Она в глаза мне посмотрела Так по-весеннему светло, Что даже душу мне согрело Ее сердечное тепло».

«И лес озарился по краю трясин, И радует очи до слез Багрово-малиновый трепет осин И золото русых берез».

«Разве можно объять необъятное?! Все эти чёрные урманы, сосновые боры, мшистые болота, перевитые твоими тропами-дорогами, на которых остались светлые и горькие дни и годы твоей жизни. Долгие и недолгие реки, большие и малые озера, таёжные ручьи и родники, что поили тебя своими водами. Всё это будет жить в памяти до последнего мгновения, до последнего вздоха».