«Без прошлого, пусть даже и печального и неприглядного, и без будущего, быть может, и туманного, но привлекательного, человек не может постичь себя, не может постичь своё время, свою эпоху».

«…это мой Север! Таким увидел его я. Для других он, может быть, холодный, бесприютный, суровый. А для меня он тёплый, как берестяная люлька, как колыбель, в которой качала меня мать, навевая светлые сны».

«Человек живёт любовью, в ней бессмертным может стать… Зацветут цветы, и снова жизнь, что кажется суровой, будет праздником дышать».

«Белой птицей летает вьюга, белым клювом в чум стучится, стучится и завывает, завывает. И хотя трещит от смолистых дров печка, и хотя жар легкими руками ветерка касается лица моего, мне холодно. Другим, быть может, тоже холодно?..»

«Поклон Тебе, поэт любимый, Из далей снежных я пришел. Я тоже бурею гонимый, Я тоже счастья не обрел».

«А для меня книга – это лес, где я ещё не был, строчки – дорожки, по которым я ещё не прошёл, слова – деревья, которых я не знал и не знаю, что на них растёт, какие звери в ветвях их прячутся».

«Я мечтаю, чтобы мы – люди научились говорить о Родине, не произнося этого слова… Я мечтаю, чтобы мы – люди научились говорить о Любви, не клянясь в любви…».

«Россияне сеяли и пряли, торговали, храмы поднимали, песни о России создавали, бересте секреты доверяли… Может, потому так и светлы белые волшебные стволы?»

«…Я даже не успела как следует уснуть, как явилось мне это видение (я точно знаю, что это не сон, все это я видела). Ко мне пришла женщина, слегка улыбаясь, посмотрела на меня, положила руку на плечо. Я подумала: знаю или нет эту женщину?..»

«Разве можно объять необъятное?! Все эти чёрные урманы, сосновые боры, мшистые болота, перевитые твоими тропами-дорогами, на которых остались светлые и горькие дни и годы твоей жизни. Долгие и недолгие реки, большие и малые озера, таёжные ручьи и родники, что поили тебя своими водами. Всё это будет жить в памяти до последнего мгновения, до последнего вздоха».