«Солнце надело шапку и варежки к сильным морозам», – говорил Папа. Тогда же, зимой, я был поражён тем, что Солнце в короне очень похоже на мою Маму. Я сказал об этом Папе и он ответил: «Солнце – это мама всех людей. Поэтому, наверное, все мамы похожи друг на друга».

«В моем сердце вся природа, Добрый нрав и ум народа, Что ветвятся, как деревья, Полны света и доверья».

«В сорок шесть лет я стала бабушкой – и это было Спасением. Во мне словно открылось новое дыхание… Любовь к внукам – это что-то более особенное, трепетное, степенное и торжественное».

«Мы искали древние финно-угорские корни между остяками и саамами. А их оказалось немало и в языке, и в культуре, и в промыслах. Мы уверовали в то, что в наших языках достаточно общих слов, чтобы объясниться друг с другом в простейшей ситуации. Словом, тогда мы почувствовали себя близкими родственниками».

«Наша жизнь – это капля чистейшей воды, мы плывём по широкой реке».

«Я мечтаю, чтобы мы – люди научились говорить о Родине, не произнося этого слова… Я мечтаю, чтобы мы – люди научились говорить о Любви, не клянясь в любви…».

«Жду осени – таинственной и странной, Слезливой, нежной, чувственной. И пусть Последними страничками романа Владеют одиночество и грусть».

«…Я даже не успела как следует уснуть, как явилось мне это видение (я точно знаю, что это не сон, все это я видела). Ко мне пришла женщина, слегка улыбаясь, посмотрела на меня, положила руку на плечо. Я подумала: знаю или нет эту женщину?..»

«При каждом ударе Бакс молча закрывал заслезившиеся глаза, но как лежал, так и продолжал лежать, ещё плотнее прижимаясь к земле. Наконец, Софья Николаевна рухнула около пса, выбросила в сторону курицу, и, обняв Бакса, зарыдала...»

«Как российскую опору, Славь Югру, моя строка. Здесь таёжные просторы И великая река…»