«У той, у запретной черты – Кедровник – вечерняя сказка. Его стережет от беды Стрелы напряженная пляска».

«И будет весна, и гуси-лебеди, бросив распрекрасные заморские курорты, вереницами, стая за стаей, плача от радости, потянутся на свою далёкую родину. Потому что чёрную полосу обязательно сменит белая, точно так же, как за весною придёт лето. А для этого надо жить. Надо просто жить».

«Здравствуй, край мансийский милый — со смолистою тайгой, с молодой отцовской силой, с материнской добротой. Машет мне рукой осина, улыбается вода. Слышу лепет лебединый — словно в детские года...»

«Только мать любит всех – и далёких, и близких, и для матери нет нелюбимых детей…»

Мохнатой гусеницей снег На вербном марте. Окна и лужи пересверк, Как по команде. От грязи улицы рябы. С ветвей округи Отряхивают воробьи Остатки вьюги…»

«Первоснежья ждут у нас с нетерпением. Первый снег – это удачная охота, лёгкость на душе и прозрачность воздуха. Порой кажется, не дождаться никогда!»

«И белки качаются на ветвях. Их много, как и кедровых шишек. А в таежной речке плавают бобры. Они строят хатки. И плотины даже строят».

«Каждый год, встречая ледоход на реке, проникаешься особым чувством происходящего, ждёшь чего-то нового, волшебного».

«Исчезла легкость в словах и мысли уже не сравнить с полетом вольной птицы это юность уходя в небытие захватила с собой свои привилегии».

«Полозья легкой нарты проворно съедали сажени пути, и Демьян не поднимал хорей, не погонял оленей — долго им бежать, пусть силы берегут».